Войти



ПРОФЕССИЯ ЗА «КАДРОМ»

03 Октября 2011, 16:28
Неожиданный телефонный звонок от главного редактора газеты «Переславская неделя» изменил все мои личные планы – через неделю, 30 сентября, праздник «День переводчика» (к стыду своему я об этом даже не знала), и попросил написать статью о моей сестре, переводчице с английского языка - Гринь Светлане Афанасьевне. Я сначала не согласилась, но против доводов «лучше меня Светлану вряд ли кто знает» не могла возразить. Из-за большой любви к своей сестре я снова вынуждена была согласиться взяться за воспоминания. Это вторая моя статья после воспоминаний о писателе О.М. Куваеве. Так как праздник посвящен переводчикам, то и писать надо бы в данной статье о профессиональной переводческой работе Светланы, но я не имею никакого этического права писать об этом, так как знаю только понаслышке, не являюсь её коллегой по работе, поэтому информация была некомпетентной и неквалифицированной. Поэтому я поступила так. С большим трудом я уговорила Светлану сделать подборку материалов из ранее напечатанных источников в разные годы о ее профессиональной деятельности. Выдержки по теме будут приведены ниже в кавычках, со ссылкой на автора.

По моему личному убеждению и опыту, работник, влюбленный в свою профессию и выполняющий работу с большой самоотдачей и «душой», должен быть интересным по своей сути человеком (касается всех людей, не только моей сестры), поэтому моя цель – раскрыть в этой статье личностные качества, её поступки и кредо в жизни. На мой взгляд, такой «литературный портрет» дополнит и описание трудовой деятельности моей сестры.
Начну свои воспоминания с давних лет юности, когда начинается формирование Человека, вступающего в самостоятельную жизнь.
Светлана училась в средней школе в г. Майкопе. Семья наша большого достатка не имела, мама не могла работать (из-за открытых трофических язв на голенях ног), отчим получал низкую зарплату, я училась в институте в другом городе, старшая сестра имела свою семью и детей, поэтому Светлане больше всех досталось выполнять домашних дел. Так, преодолев «ложный стыд» перед сверстниками, юная красивая девушка вынуждена была иногда пасти корову – кормилицу семьи.
После окончания средней школы, Света в 1959 году устроилась на работу, на швейную фабрику подсобной рабочей (по существующему тогда закону школьники должны были обязательно отработать два года, чтобы иметь производственную практику перед поступлением в институт). На швейной фабрике своим сотрудникам выписывали мерный лоскут красивых тканей на вес по низкой цене за 1 кг. Света тоже выписала и, когда я приехала на каникулы, мама шила нам нарядные платья из них, а мы учились у мамы шить. Ко всему, Света с самого детства была мастерицей по переделке старых платьев в «новые». Как младшей из нас, трех сестер, ей приходилось донашивать наши вещи, и у нее всегда было множество идей в этом плане, как говорится, «голь на выдумки хитра». Так что мы в молодости, при всей нашей бедности, всегда красиво и модно одевались. Она рассказывала, как однажды в школе, где она работала после института, одна из родительниц, улыбаясь, передала ей разговор со своей дочерью. Та ее спрашивает: «Мама, а почему Светлана Афанасьевна так всегда красиво и модно одевается, хотя и не очень дорого, а Н.И. (вторая учительница английского языка, балкарка), всегда одевается богато, но некрасиво?»
После двух лет отработки, Света сама выбрала себе профессию - переводчик английского языка, поехала поступать в Пятигорский Государственный педагогический институт иностранных языков и поступила в 1961 году. Имея 1-й разряд по волейболу, она была в сборной города, и выступала за Майкоп на соревнованиях в Краснодаре, Сочи, Орджоникидзе (сейчас Владикавказ) и других городах Северного Кавказа. Она рассказывала: «Поехали поступать в ПГПИИЯ чуть ли не всей командой, поступили четверо из нас, закончили двое – я и еще одна девочка с испанского факультета. На первом-втором курсе тоже играла в сборной института, потом увлеклась туризмом, альпинизмом».
В студенческие годы, во время летних каникул, Светлана, окончив спецкурсы, работала инструктором горного туризма и водила группы туристов из 15-20 человек из курортного Домбая и Архыза через перевалы Кавказских гор к Черному морю, в турбазу «Красная Поляна». Вспоминаю, как я, на правах старшей сестры, (я иногда ходила с ней в этих походах) старалась у нее отобрать тяжеленный рюкзак и помочь ей; она обижалась и говорила: «не позорь меня, я же инструктор!»
Работа инструктором горного туризма очень помогала формировать характер: волю, «не раскисать и не плакать по жизни», быть ответственным, искренним, правдивым, чутким и тактичным в отношениях с людьми. Этими качествами Светлана владеет беспредельно, и особенно муж, Олег Куваев, ценил её за это. Забегая немного вперед, вспомню один случай, который произошел в пос. Терскол (об этом поселке повествование будет ниже): у Светы была высокая температура - 39 градусов, Олег засобирался в лес на прогулку. Светлана решила с ним идти, хотя Олег не пускал её. Однако ушли в лес вдвоем. Свете было, конечно, трудно, но, поев малины, подышав свежим воздухом, походив пешком в лесу, пришли домой, а температура спала. У неё есть даже фотография этого похода (Олег фотографировал: «Сидит такая Акулинушка в платочке»).
Светлана со школьных лет увлекается классической музыкой, живописью, литературой. В ту пору этому очень помогали грампластинки с классической музыкой разных композиторов, репродукции из журнала «Огонек». И то, и другое у нее хранится до сих пор, хотя возможности сейчас совсем изменились. Будучи студенткой, когда вопрос возникал – потратить последний рубль на обед или на понравившуюся книгу или грампластинку, предпочтение отдавалось «духовной пище».
После окончания института в 1967 году, Светлану направили, как молодого специалиста, в г. Тырныауз (Кабардино-Балкария) работать учительницей английского языка в старших классах. Несмотря на то, что в Тырныаузе были современные пятиэтажные дома, однако, жилищный вопрос семьи молодого специалиста был «решен» предоставлением комнатки в какой-то развалюхе барачного типа на окраине города, на что Светлана смотрела «философски». С учениками Светлана нашла исключительный контакт, и, когда, через полтора года, её пригласили работать переводчиком в Высокогорный Геофизический институт в Приэльбрусье (поселок Терскол) в 45 км от Тырныауза, ученики очень просили её приезжать 2 раза в неделю для занятий с ними, причем предлагали собирать деньги на автобус. Но это было трудно для Светланы из-за большой загруженности в институте.
В Терсколе Света познакомилась со своим будущим мужем, писателем Олегом Куваевым, который гостил у своей сестры, работавшей тоже в институте ВГИ.
В институте ВГИ Светлана проработала переводчиком семь лет.
В 1973 году моего мужа пригласили на работу в Переславль, мы переехали. Светлана решила приехать к нам жить постоянно, как она выразилась «поближе к Олегу» (он тогда жил в Подмосковном Болшево в комнате сестры). Светлана, готовясь к смене жительства по семейным обстоятельствам, выдержала экзамены по грамотности и скорости технического перевода в Московском Всесоюзном Центре переводов (ВЦП) и была сразу же принята на работу на Переславский химзавод, как уже сложившийся квалифицированный переводчик.
Каждую субботу и воскресенье Светлана уезжала к Олегу в Болшево, а в понедельник – на работу в Переславль. Олег тоже часто приезжал к нам и спокойно занимался своим писательским трудом.
В Болшево у Олега очень часто собиралось много друзей из Москвы, Подмосковья, Магадана, Чукотки, Средней Азии. Друзья Олега приняли Светлану хорошо, говорили Олегу, что она им нравится, отмечали, как тонко и чутко она относится к нему. Олег часто приглашал Светлану в Центральный Дом Литераторов (ЦДЛ) в Москве, знакомил со своими коллегами, приятелями, друзьями. Однажды Олег взял Светлану на переговоры по поводу постановки «Территории» в Малом театре. При знакомстве с главным режиссером театра Равенских уточнил: «Эта красивая девушка актриса?» Олег ответил: «Нет, моя жена, переводчица». – «С какого языка?» – «С английского». Олег познакомился с канадским писателем, автором многих замечательных книг, в том числе бестселлера «Не кричи, волки», Фарли Моуэтом. Они собирались вместе путешествовать, снимать фильм об Арктике. Светлана помогала им поддерживать контакты, переводя их переписку. В первом же письме Фарли Моуэт похвалил ее перевод письма, написав: «Передайте ей (Вашей жене), что работа сделана блестяще!» Впоследствии Светлана возобновила переписку с Фарли Моуэтом в связи с делами Олега, он ответил, прислал свою фотографию для книги, и на этом всё закончилось.
Так они и жили до того страшного дня 8 апреля 1975 года, когда скоропостижно скончался Олег в нашей квартире.
Немного я описала эти трагические события в первом моем очерке, поэтому я продолжу повествование о жизни Светланы после смерти мужа.
Еще на похоронах, на могиле Олега она поклялась, что будет верна ему всю оставшуюся жизнь. Светлана сказала тогда «жаль, что мне так мало лет (ей было 34), долго жить придется в одиночестве». Тогда мало кто поверил в кто клятву. А теперь, по прошествии 36 лет, убедились в искренности ее слов.
Чисто по-житейски, спустя некоторое время я решила заикнуться и пыталась убедить её, что она ещё молода, красива и могла бы устроить свою жизнь. Но Светлана была непреклонна и даже недружелюбна в такие минуты. Больше разговоров на эту тему я не заводила.
Светлану и сестру Олега, Галину Михайловну Куваеву, включили в комиссию Союза писателей по литературному наследию писателя О.М. Куваева.
Света до изнеможения своих сил «бросилась» перепечатывать на машинке рукопись нового (неоконченного) романа, целые главы из ранее изданных книг Олега (не хватало экземпляров, чтобы передавать в издательства); вдвоем с сестрой Олега подготавливали материалы для основания музеев и библиотек, впоследствии названных именем писателя (причем просила моего мужа Чайко А.Г. сделать копии фотографий, на которых был Олег в геологических экспедициях); пересылала все материалы по почте, полностью сделала с Г.М. Куваевой инвентаризацию архива Олега; ездили вдвоем с сестрой Олега на их малую родину на литературные чтения писателя, проводимые в памятные дни; обработала, ввела в компьютер, отредактировала и подготовила к печати Записные книжки О.Куваева (больше половины из 24-х уже напечатаны в журналах «Мир Севера» и «Колымские просторы», при чем долгое время, из скромности, не соглашалась ставить и свою фамилию под публикациями, только в последние годы стала и она подписываться); вела обширную переписку с редакторами издательств книг, газет и журналов; вместе с Г.М. Куваевой принимала участие в переговорах с режиссером и постановщиком Суриным во время съемок кинофильма «Территория», а также с главным режиссером Галиной Волчек в Московском театре «Современник» по поводу постановки спектакля «Риск» по роману О.Куваева «Территория» (кстати, Олег хотел назвать «Производственный риск», Света ему посоветовала оставить просто «Риск», сказав, что как бы она не любила кино или театр, на постановку или кино с таким названием, она бы никогда не пошла); вычитывала все газеты и журналы, где могли быть статьи об Олеге, и составила библиографию всех изданных и опубликованных произведений писателя, а также всех книг и статей о его творчестве, начиная с 1957 года и по сегодняшний день (Владислав Иванов использовал эти бесценные сведения при защите своей кандидатской диссертации по творчеству О.Куваева (позже вышла книга В. Иванова «Куваевская романистика. Опыт исследования», Магадан «КОРДИС» 2001) поблагодарил Светлану за предоставленные материал и написал в письме, что ему нужно было бы работать целый год, чтобы собрать такие сведения.
Чтобы не быть субъективной, как может показаться читателю, в оценке значимости работы моей сестры в деле памяти мужа, сошлюсь на мнение критика, историка, литератора Вячеслава Огрызко, которое он приводит в Именном указателе сборника своих статей и заметок о современной литературе с 1979 по 2010 годы «Против течения» (Москва, изд-во «Литературная Россия», 2010 г). Данная ссылка относится к статье, открывающей сборник, «День сегодняшний есть следствие дня вчерашнего», написанной им об Олеге Михайловиче Куваеве в 1979 году.
Именной указатель, стр. 454: «Гринь Светлана Афанасьевна, гражданская жена писателя Олега Куваева, много сделавшая для увековечения памяти автора романа «Территория» (живет в Переславле-Залесском).

Результатом активной многолетней совместной работы жены, С.А.Гринь, и сестры писателя, Г.М. Куваевой, с преданными почитателями творчества писателя, и также и того, что интерес к его творчеству Олега Куваева не затухает, свидетельствует тот факт, что при жизни писателя были изданы все его 6 книг, которые он успел написать, теперь же их насчитывается более 80. Его романы, повести и рассказы переведены на следующие языки: английский, французский, немецкий, испанский, финский, японский, арабский, вьетнамский, чешский, словацкий, польский, болгарский и языки бывших Республик народов СССР. По его произведениям сняты фильмы и телефильмы, поставлены постановки в театрах, записаны радиопостановки, вошедшие в Золотой фонд.
В декабре 2005 года, благодаря спонсорам, вышло 3-хтомное Собрание Сочинений писателя в издательстве «Художественная литература», составителями которого были С.А. Гринь, Г.М. Куваева, С.Г. Колесников.
На Чукотке, в Певеке его именем названа одна из улиц, а также имеется школьный музей. В Магадане, на его малой родине Вятке (Юме, Свече), Поназырево (Костромской области), Подмосковном Королеве, Москве (МГРИ – его альтер-матер) также имеются школьные музеи, четыре библиотеки, названные именем Олега Куваева и другие памятные уголки.
Для более полной характеристики О.М. Куваева, хочу привести выдержку из Постановления Правительства РФ от 28 марта 2005 г. № 163:
«В соответствии с Федеральным законом «О наименованиях географических объектов» Правительство Российской Федерации постановляет:
1. В память о геологе и писателе О.М. Куваеве и на основании представления Думы Чукотского автономного округа присвоить наименование «гора Куваева» безымянной горной вершине Чукотского нагорья с координатами 6940,3’северной широты, 17207,7’восточной долготы и абсолютной высотой 1101 метр.
Председатель Правительства Российской Федерации М. ФРАДКОВ
// Собр. законодательства Рос. Федерации . – 2005. - №14. – с. 3411-3412.»

Выход трехтомника в «Художественной литературе» к 70-летию О.Куваева – это исполнение жизненной мечты Светланы, это – венец напряженного ее труда по увековечению памяти любимого мужа и замечательного русского писателя Олега Михайловича Куваева.
Однокомнатная квартира Светланы превратилась в, созданный ее руками и А.Г. Чайко, мини-музей.

Отношение Светланы к работе – сверхответственное. Если нужно срочно сделать перевод – задерживается на работе или работает дома ночью, чтобы утром перевод был готов. Но об этом лучше скажут документы, ее воспоминания и публикации.

Приведу некоторые выдержки из официального документа: Производственная характеристика
(Гринь Светлана Афанасьевна, переводчик, ветеран «Славича»)
«Гринь С.А. окончила Пятигорский институт иностранных языков в 1967 году, после чего работала в Высокогорном Геофизическом институте переводчиком английского языка в течение семи лет. В 1973 году, готовясь к смене жительства по семейным обстоятельствам, выдержала экзамены по грамотности и скорости технического перевода в Московском Всесоюзном Центре переводов (ВЦП) и была приглашена на работу в Переславль. И уже как сложившийся квалифицированный переводчик 16.08. 1973 г. поступила работать на Переславский химзавод в эмульсионно-поливной цех в период шеф-монтажных работ для работы с иностранными специалистами и перевода техдокументации по оборудованию.
Краткий перечень работ, проделанных Гринь С.А на АО «Славич»: письменный перевод техдокументации по монтируемому оборудованию, последовательный перевод в устной форме при монтаже оборудования и компьютерных систем, а также при обучении наших специалистов иностранными работе на нем после окончания монтажа.
1973-1976 гг. Эмульсионно-поливной цех фотобумаг и цех фотопластинок. Работа в спецтехотделе с японскими специалистами.
1980-1982 гг. Баритажный цех, линия полиэтиленирования фотобумаг на машине «Юльхаваара». Работа с финскими специалистами.
1985-1987 гг. Центр обработки фотобумаг (цех 6). Работа с бельгийскими специалистами.
В периоды, когда на заводе не требовалась переводческая работа, успешно работала в секторе аттестации продукции на Знак качества в качестве инженера. 14 (из 15) видов продукции завода выдержали аттестацию на Знак качества, благодаря, в том числе, и ее труду. 1982-1989 гг. – Сектор новой техники, бюро технического перевооружения.
При организации Бюро внешнеэкономических связей на заводе, и в связи с первыми постоянными контактами с зарубежьем, была вновь направлена Администрацией завода на переводческую работу.
1989-1991 гг. Бюро внешнеэкономических связей, а после его реорганизации -
1991-2006 гг. Фирма внешнеэкономических связей. А также в 1992-1993 гг. (по совместительству – из-за отсутствия других переводчиков) – Завод магнитных лент, линия «Джима» по производству аудиокассет. Работа с итальянскими и английскими специалистами. В ФВЭС выполняет переводческую работу больших объемов и разных направлений, а именно: вся текущая переписка на «Славиче», оформление деловой документации: контрактов, оферт, соглашений, договоров, протоколов о намерениях, рекламных материалов, таможенных документов и пр.; непосредственное участие в деловых переговорах с зарубежными партнерами с устным последовательным переводом; оказание услуг переводчика в международных выставках и ярмарках в стране; в экскурсиях по Переславлю и другим городам во время досуга зарубежных гостей, и пр. Тематика переводов очень разнообразна, что требует разносторонних знаний на двух языках, не только в узкоспециализированной химической промышленности, но и в экономике, юриспруденции, компьютере, рекламе, маркетинге и пр. Переводы делает на высоком уровне, в больших объемах, технически грамотно и быстро.
По заявке Московского института ГОСНИИХИМФОТОПРОЕКТ выполняла серию переводов техдокументации. В течение 4-х лет преподавала на курсах английского языка, впервые организованных на «Славиче». Стояла у истоков «Кодака» и «Радослава», работая переводчиком на всех первоначальных переговорах на любом уровне с группами любой численности (от «Кодака» бывало до 25 человек) и доводя свою работы вплоть до строительства предприятия на площадке, когда необходимость участия «Славича» отпадала.
Все эти годы, за исключением некоторых небольших периодов, когда появлялся второй переводчик, Гринь С.А. была единственным профессиональным переводчиком на ОАО «Славич», и, как видно из вышесказанного, все импортное оборудование заводов «Славича» было установлено на базе ее переводов и непосредственного участия при шеф-монтажных работах. А также имидж Компании Славич, которым сейчас он обладает за рубежом, создавался также благодаря и ее непосредственной работе как переводчика.
Надо отметить особую преданность Гринь С.А. «Славичу». Несмотря на более выгодные предложения сменить место работы, которые время от времени предлагали ей другие организации города, она, понимая всю сложность положения «Славича» - остаться без профессионального переводчика, не поддалась искушению, и оставалась верной «Славичу» все эти годы».

Теперь выдержки из неофициальных документов:
С.А. Гринь о своей переводческой работе:
отрывки из неопубликованных авторских заметок, газетных публикаций, книги Анатолия Михайлова «Первородство», 2001 г. (редактор С.А. Гринь) и пр.

Окно в «железном занавесе»
Особую страницу в истории «Славича» занимает работа с иностранными специалистами, ибо почти все оборудование, на котором производится основная продукция, было поставлено из разных стран, и шефмонтаж его производился под руководством иностранных специалистов.
Менялись коллективы и их руководители, начальники, директоры и главные инженеры, приходили и уходили другие переводчики, а я все здесь, на «Славиче», как «бессменный страж» с лета 1973 года.
На биографии моих родных, благодаря которым я оказалась в Переславле, можно действительно убедиться, что приглашали на строительство «Славича» самых достойных высококвалифицированных работников из всех уголков страны.
Чайко Анатолий Григорьевич – краснодипломник, был приглашен тогдашним главным инженером Московского Госниихимфотопроекта в комплексный отдел № 4. Он его знал как опытного конструктора, обладающего творческим потенциалом, по работе в Ростове-на-Дону. И не ошибся в выборе.
Анатолий Григорьевич, приехав в Переславль для ознакомления с будущим местом работы и увидев этот прекрасный город с его древними памятниками старины: соборами, монастырями и церквями, с его исконно русскими людьми, живущими в нем, решил выбрать именно этот город из двух предложенных, ибо сердце его, прирожденного фотохудожника, навсегда было покорено им. И с тех пор все свободное от работы время, которого в наше время у всех в обрез, Анатолий Григорьевич отдает своему любимому занятию – фотографии. С самых первых дней, лета 1973 года, он начал фотолетопись Переславля, и теперь имеет в своем архиве снимки, уже ставшие уникальными.
Чайко Людмилу Афанасьевну, окончившую школу с медалью, приглашенную тем же руководством, так же знали как хорошего специалиста-инженера по КИПиА. Вначале, она работала в комплексном отделе № 4 Госниихимфотопроекта, и ее как опытного специалиста посылали в составе других инженеров в Финляндию для принятия документации в части КИПиА к финской машине «Юльхаваара».
Немного позже, и я навсегда переехала из благословенных южных краев, устраиваться на завод переводчиком, и жила вместе со своими родными в их квартире семь лет до тех пор, пока не подошла моя очередь на жилье. Но это уже произошло, когда я работала в техотделе заводоуправления.
Работала я переводчиком технической документации, а также с группами иностранных специалистов в период монтажа оборудования во всех строящихся цехах “Славича” (бывшего ПХЗ – Переславского химзавода) с самого их основания. В цехе фотопластинок, фотобумаги, баритажном (отделение финской машины “Юльхяваара”), ЦМЛ (цехе магнитных лент) – “Джима” и пр. с японцами, финами, итальянцами, бельгийцами, американцами, англичанами, немцами, чехами и со всеми другими иностранными специалистами, которые умели говорить по английски.
Японские специалисты были первыми на ПХЗ иностранными специалистами в период «железного занавеса», как говорится «прорубили окно». Жили и работали здесь 2 года. Килограммами ели с удовольствием наше натуральное (в отличие от их - химического) сливочное масло (тогда у нас еще таковое водилось!), влюблялись в наших девчонок, одаривая их своими японскими складными зонтиками, что было диковинным для нас в то время. И даже появились одна-две супружеские пары и дети, которые потом уехали в Японию.
Когда меня представляли группе из 20 специалистов из Японии, я была в ужасе – все они мне показались на одно лицо (возможно, как и мы им кажемся) – Как же я их буду различать? Где кто есть и как их звать? Но беспокойство оказалось напрасным. Очень быстро все освоились и так хорошо узнали в процессе работы, что спустя 10-летие в одной из поездок Международный Центр в Москве, теперь уж с финнами, я случайно встретила двух «пересравских» (как они, переводчики с японского, называли себя, так как в их языке нет буквы «л») японцев (Мотидзуки и Такеучи). Мы вдруг, почти одновременно, узнали друг друга, несмотря на то, что внешне довольно-таки изменились за эти годы, вспомнили имена, они называли меня «Света-сан», и общих знакомых. В общем, очень обрадовались встрече, как добрые друзья.
Оборудование, с горой документации на английском языке, с непременной ссылкой, если это касалось «японских секретов» или просто более детальной информации: «Смотреть в инструкции на японском языке», японцы поставили нам не нового поколения, как они утверждали вначале, а 10-летней давности, что потом довольно эмоционально обсуждалось. Но, видимо, за «новое поколение» и платить надо было гораздо больше.
Они делали все бегом. Смотришь, «несется» по цеху с каким-то прибором или пробиркой их, толстенький 40-летний, руководитель, вроде бы и не очень-то быстро, и кажется, вот-вот может споткнуться и упасть, но все же… бежит!
На плакате, над входом в цех, один из каких-то очередных призывов к высокому качеству работы. Один из японцев спрашивает, что на нем написано. Я перевела. Он в ответ: «У нас таких плакатов нет, а мы работаем лучше». - «А что у вас пишут на плакатах?» - спросила я. - «Стихи». Я: «Ну, у нас тоже работают хорошо. Просто сейчас в цехе коллектив молодой, еще не очень опытный. Пройдет немного времени, и они станут тоже хорошими специалистами».
Приходилось им терпеть наши жизненные неудобства, хотя для них была специально подготовлена отделанная под гостиницу квартира. Мы им, чем могли, помогали освоиться, сочувствовали. Приходит как-то переводчик Цуцуи с забинтованной рукой до самого локтя толстенным слоем бинта. Мы кинулись к нему: «Что случилось? Сломал руку?» - Он так грустно отвечает: «Нет. Укусил». – Мы: «Кто? Собака?» – Он: «Нет. Клоп!» Нам стоило больших усилий, чтобы удержаться от хохота, но мы даже не улыбнулись, глядя на его страдальческое выражение лица, так как, знали, что такая наша реакция могла его сильно обидеть.
Бывало, наблюдаешь такую картину: сойдутся два специалиста, наш и иностранец, у машины и что-то увлеченно «обсуждают» без переводчика. Каждый что-то бормочет по-своему, чертят на бумаге, жестикулируют. Подойдешь, спросишь: «помочь?» В ответ: «Да нет, вроде сами разобрались. Вот только, может быть, это надо немного уточнить». Бывало, конечно, и другое: Однажды на опытной поливной машине разлилась эмульсия. Пять наших 18-летних девиц-аппаратчиц, все как одна стоят не шелохнувшись, скрестив руки на груди. Японский специалист – инженер, лет 35, (объехавший по работе полмира, владеющий несколькими языками) тут же бросился собирать её тряпкой в ведро и вытирать пол, хотя это произошло и не по его вине. И сделал это так быстро, что никто даже не успел опомниться.
Помнится такая сценка одного рабочего утра. Дождь, слякоть. Я в автобусе с японскими специалистами еду на работу. По единственной асфальтированной дорожке, ведущей к проходной завода, тянется заспанная длинная шеренга людей в темной или серой одежде и резиновых сапогах. Единственное разнообразие в этой безликой массе людей – это редкий отблеск резиновых сапог. Это - пэхэзэвцы-химзаводчане спешат на работу.
Вдруг, все японцы прилипли к окнам. Я тоже смотрю. На перекрестке дорог эту шеренгу пересекает другая шеренга людей - заключенных, ведомых на работу под конвоем и с собаками. Чисто визуально – нет никакой разницы в облике этих двух пересекающихся шеренг. Те же цвета одежды, те же пасмурные лица. Одни только под охраной, а другие по доброй воле идут на работу. Но это произошло всего один раз, потом график и маршрут автобуса с иностранными специалистами был изменен.
Работать нам приходилось ежедневно по 12 часов (с 8 утра до 8 вечера), а иногда и по 15 часов, часто прихватывая и выходные (а переводчику часто и по выходным тоже). Несмотря на то, что люди приехали с разных концов света, разных возрастов и национальностей все, работали как единная команда на высоком творческом подъеме и неизвестно еще, кто больше кого воодушевлял: хозяева или гости. Порой даже казалось, что японцы настолько увлекались, что забывали хранить «свои секреты”. Но это, конечно же, нам только казалось – на то они и японцы. Иностранные специалисты получали, конечно, за такую работу сверхурочные, а мы же все сидели на минималке, так как цех был строящийся. Многие не выдерживали, уезжали. Некоторых удерживали ускоренным предоставлением жилья. А остальные, кто оставались, сцепив, зубы и подтянув пояса, трудились в самозабвенном порыве, вкладывая все силы и души. Обуреваемые жаждой знаний, постигали все тонкости производства и оборудования, изучали название и назначение деталей не только по-русски, но и по-английски, читали взахлеб, как любовные романы, технологические документы.

Финская машина “Юльхяваара”
Прошла я через стройку и этого цеха. Смешно вспоминать… Приехала я в Переславль в белом костюмчике с прической под «Марину Влади из фильма «Колдунья» работать за столом переводчиком, как это было на предыдущей работе в Высокогорном Геофизическом институте, на Кавказе. А попала на химзавод, да еще в строящийся цех… И так как в штате тогда не имелось таких должностей, то определили меня старшим аппаратчиком-эмульсионером (6-го разряда) производства фотобумаг и фотопластинок. Название этой своей «новой должности» я старательно выучила, не понимая сути. И когда меня спрашивали о месте работы, я повторяла слово в слово, непременно добавляла – «6-го разряда», думая, что это неотъемлемая часть моей должности, пока мне в поликлинике не сказали: «Разряд указывать не нужно».
С годами я так прониклась атмосферой строящихся цехов, где пыль, кирпичи падают на голову (одному финну досталось, благо на нем была каска), ящики с оборудованием, сквозняки – обыкновенный антураж стройки, что когда среди этого шума-гама и строительно-монтажной чересполосицы русско-английских терминов, мне задали элементарный вопрос “Where is that lady?”- «Где та леди?» Имелась в виду Мария Михайловна из отдела оборудования. Я растерялась и никак не могла понять, о чем меня спрашивают. Пришлось раза три уточнять, что имеется в виду под словом “lady”, думала, может созвучное слово - “later” - «позже» им ящики с оборудованием нужны. А оказалось, переводчица - финка забыла имя Марии Михайловны и назвала ее “lady”. Я же никак не могла взять в толк, что «леди» - это мы, в телогрейках и сапогах. Когда я объяснила, что у нас нет «леди», у нас «товарищи» или «женщины», все дружно рассмеялись.
Потом я настолько вошла во вкус очередной стройки, что меня стали беспокоить не только переводческие проблемы. Как-то в конце рабочего дня финны заявили: «Если завтра не будет помещение качественно покрашено, «чтобы не было ни одной пылинки» под особоточное оборудование в отделении полиэтиленирования бумаги, то мы сами выйдем с малярными кистями». В тот момент никого из начальства поблизости не оказалось, все уже стали расходиться. Бросилась уговаривать девчонок остаться и произвести повторную покраску помещения, ведь строим для себя. Утром претензий у финских специалистов не было.
По крупицам накапливается опыт и создается культура производства. Вот еще один эпизод на эту же тему в этом же цехе: один финский специалист, толстый такой, неуклюжий, тщательно выставляет какие-то там трубы-трубочки, вентили-патрубки, чтобы они были идеально на одном уровне. Наши ребята торопят: «Нормально. Хорошо. Ладно. Сгодится». Я спросила: «А это очень важно для работы?» Он, нехотя, ответил: «Нет. Просто некрасиво».
Вот в таких мелочах проявляется культура производства. И такие моменты запоминаются надолго. И думается, те девчонки, отработав почти две смены подряд из-за того, что плохо было окрашено в первый раз, приобрели тоже хороший опыт – делать все с самого начала качественно, чтобы потом не пришлось переделывать. Хотя, конечно, можно было списать это на их непрофессионализм в этом деле, так как они не были строителями.

Итальянская линия по производству аудиокассет «Джима»
Девчонки, они и во все времена, девчонки. Все с большим интересом ждут приезда итальянцев – южных красавцев. И вот появляется группа из 10-15 итальянских специалистов, в сопровождении начальнтка цеха Н.Н. Северина. И вдруг, через несколько минут разочарованный голос: «Так самый красивый из всех итальянцев, оказывается, - наш Северин!»
Из газеты «Славич»: «Все! Кончилась гонка! Завершился годовой цикл. И… начался новый виток, ведущий прямо в 21-й век!» - Так точно оценил И.Ф. Аннюховский линию по производству аудиокассет – «оборудованием 21-го века», шеф-монтаж которого производился итальянскими специалистами от фирмы «Джима».

Какие вы, иностранцы?
(Выдержки из статьи в газете «Славич», 8 октября, 1993 г.)
«Скоро состоится презентация итальянской линии «Джима» -логическое завершение слаженной коллективной работы. И вскоре все это станет прошлым…
За долгие годы работы на «Славиче» переводчиком английского языка мне, к сожалению, так и не привелось побывать в других странах. Моя тридцатилетняя профессиональная мечта так и осталась неосуществленной. Но владение иностранным языком и мое старание жить по «Заповеди» Р. Киплинга: «Умей мечтать, не став рабом мечтанья, и мыслить, мысли не обожествив»,- дали мне возможность немного приблизить мою мечту к реальности с помощью телевидения, благодаря которому сейчас можно побывать в любой точке земного шара. И, конечно же, моя переводческая работа с иностранными специалистами. Мне многое удалось узнать о людях, с кем приходилось работать, об их странах, традициях, привычках, вкусах, интересах. Многому я научилась у них.
Хочу рассказать о людях, с кем довелось работать.
Господин Яковоне – прирожденный лидер, всю жизнь проработал за рубежом, руководил строительством больших заводов. Свободно владеет многими языками, любит музыку, музеи. С большим интересом и уважением относится к людям той страны, где работает, изучает их традиции, быт и сопереживает им во всем.
…Джон Росс – англичанин, специалист с двадцатилетним опытом работы в области продольной резки, стоял у истоков этого процесса. Ему довелось много путешествовать, он хорошо знает мировую литературу и искусство. И даже в своем 70-летнем возрасте сохраняет живую, неуемную любознательность. … Многие были в России впервые, и приехали сюда не только из-за работы, но и из-за глубокого интереса к этой загадочной стране, которая была так долго закрыта.
(Неопубликованная купюра)
Отец руководителя группы Яковоне был коммунистом в Италии. Он всегда говорил ему, что в СССР люди живут хорошо и счастливо, потому что они коммунисты и строят коммунизм. И вот, когда ему, поработавшему и побывавшему во многих странах, представилась возможность поехать в Россию, он с удовольствием согласился, и был немало удивлен, когда увидел пустые полки в наших магазинах. Почти ничего невозможно было купить за рубли, и покупали они, в основном, только в специализированных магазинах на иностранную валюту. Он тогда сказал: «Все-таки, здесь что-то не так, коль за столько лет советской власти у вас в магазинах нет элементарных вещей, и даже обычных продуктов для людей. Разве это хорошая жизнь?»
Мальчишки тогда осаждали подъезд дома, где жили итальянцы, чтобы заполучить пластмассовую бутылку из-под бутулированной воды, которые сейчас, кстати, мы сами производим, и все мусорки забиты ими. А тогда это было – редкость!
…О работе сказано много, расскажу об отдыхе. По моему предложению, мы – два англичанина, несколько итальянцев, я и Рита (переводчица со стороны итальянцев) – поехали смотреть Переславль и его окрестности. Благодаря знанию общего языка, эта поездка стала настоящим откровением.
День выдался солнечный и тихий. Быстро поужинав после работы, чуть ли не вприпрыжку, «как ребёнки» (по словам Риты), собрались и поехали в музей «Ботик». Неспешно, через Триумфальную арку, спустились к озеру, походили по древней земле. И, несмотря на то, что было поздно, и музей был закрыт, экскурсия удалась. Хорошее настроение, непринужденное общение и неподдельный интерес иностранных друзей к нашей истории вдохновили меня, и я подробнейшим образом рассказала все, что знаю о древнем Переславле.
Потом поехали к Синему камню. Джон Росс, самый «молодой» из нас, первым добежал до него, чтобы дотронуться и стать счастливым, как гласит легенда. И всё это время мы взахлеб говорили о своих литературных и музыкальных пристрастиях, увлечениях. Каждый вспоминал об истории своей страны, рассказывал о достопримечательностях городов, где они живут и бывали. Выяснилось, что слушаем мы одну и ту же музыку: Моцарта, Мусоргского, Паганини, Армстронга, ансамбля «Битлз». Читаем книги одних и тех же писателей: Омара Хайяма, Достоевского, Хеменгуэйя. Помним наизусть одни и те же строфы «Заповеди» (на английском «If»–«Если») каждый на своем родном языке: Наполни смыслом каждое мгновенье,
Часов и дней неумолимый бег, -
Тогда весь мир ты примешь во владенье,
Тогда мой сын, ты будешь Человек!
Вспоминая обо всем этом, смею надеяться, что, разъехавшись по домам, каждый из них увезет с собой добрые впечатления о России. А не только наши бытовые неудобства, которые были всем им в диковинку и доставляли немало хлопот. Не только пьяные бары с разгульными девицами, но и знания о ее культурных ценностях, памятниках архитектуры и природы. И, конечно же, светлые воспоминания о том чувстве истинной человеческой общности, которое им довелось испытать здесь и которое роднит всех людей, живущих на этой небезгрешной земле».

По завершению работ, перед отъездом домой, все иностранцы неизменно говорили: «Какие русские люди хорошие, отзывчивые, добрые. До приезда сюда у нас совсем было другое мнение о вас. Вы казались нам угрюмыми, враждебными и пр. Теперь мы изменили свое мнение о России и россиянах».
Думаю, что совместная работа и такое общение принесло взаимную пользу. Они научились у нас доброжелательности и открытости. Мы у них - ценить и видеть красоту в малом, делать все бегом. Быстро качественно.
Кстати, так и произошло. Мне довелось поработать на «Славнике» переводчиком и в 90-е годы. Сразу вспомнилась обстановка 70-х. Только теперь уже наши специалисты делают все бегом. Никого не видела в цехе, кроме англичанина, чтобы ходил медленно. Все – бегом. Наверное, чувство ответственности за свою работу, которое появилось вместе с чувством хозяина, не позволяет расслабляться ни на минуты, даже во время ходьбы.

Служба внешнеэкономических связей
Начинался у нас поиск зарубежных покупателей еще в те времена, когда в стране в газетах «на полном серьезе», а не в юмористической колонке, задавался такой наивный вопрос, типа: « Мы выпускаем высококачественную продукцию и хотим продавать ее на внешнем рынке, а не знаем его адреса. Пожалуйста, сообщите нам адрес внешнего рынка». Для того, чтобы привлечь и удержать первых серьезных покупателей черно-белой фотографической бумаги и фотопластинок, сколько понадобилось приложить трудов и усилий работникам службы внешнеэкономических связей и других подразделений компании, сколько понадобилось провести лишней, как оказалось потом, работы, чтобы из нескольких десятков потенциальных покупателей, остался хотя бы один! Тут потребовалась дипломатичность и настойчивость директора В.Г. Гасан-Заде, на переговорах с иностранными партнерами, своевременность и корректность переписки, которая составляет уже многие-многие тома, качество образцов продукции, а впоследствии и самой продукции, юридическая грамотность составления контрактов, правильный выбор ценовой и рекламной политики и пр. пр. Через все это мы прошли и всему этому научились самостоятельно. В результате чего, сотрудничество Компании «Славич» с иностранными партнерами переросло в надежные и уважительные друг к другу, отношения. Они видят в нас равноправных, грамотных партнеров, производителей высококачественной продукции, с которыми можно вести взаимовыгодные дела.

«Надо верить в людей и им…»
(цитата из рассказа Олега Куваева)

Вообще-то жить никогда и ни в какие времена не было легко. Недаром есть поговорка: «Жизнь прожить - не поле перейти». И в наше трудное в житейском плане время, когда рушатся судьбы, из-за повсеместных сокращений люди теряют работу, приходится менять профессию и привычный образ жизни, мне захотелось поделиться с читателем и поддержать его, рассказав ему о своей судьбе словами из статьи, написанной более 30 лет назад.
Читаю, можно сказать чуть ли не впервые внимательно, свою трудовую книжку, и везде почти что одна и та же формулировка: «Принята…, Назначена…, Переведена…». И нигде я это не делала по собственному желанию, переводили, исходя из производственной необходимости.
В 1975-ом в моей жизни произошла трагедия. Умер мой муж Олег Михайлович Куваев. В самом расцвете сил. 40 лет. Инфаркт. Первый и последний. Жизнь моя потеряла смысл. В душе моей все умерло, осталась одна моя «телесная периферия». Мы с ним только что нашли друг друга в этом мире, едва успели полюбить и понять, что это навсегда. И вот все оборвалось. Все оборвалось на самом взлете… Прошло два года моей работы на ПХЗ, после чего я собиралась переезжать к нему. А теперь куда ехать? И зачем?..
Японцы уехали. Техспецотдел ликвидировали за
ненадобностью. Меня перевели в техотдел. По инерции живу, работаю. По инерции продолжаю переводить оставшуюся техдокументацию для ЭПЦ-1. Долго это, конечно, не могло продолжаться, так как числюсь в штате техотдела, получаю там зарплату и сижу там, а работаю для цеха. Кириллова Мария Ивановна, начальник техотдела, однажды говорит: «Нам переводчики не нужны. Или занимайся технической работой, или переходи в другое подразделение завода, где нужны переводчики». А они в то время не нужны были уже нигде!
Вот так в один миг я лишилась всего: ни личной жизни, ни работы. Жить не хотелось… Но я выжила. Выжила, благодаря любви. Любви нашей с Олегом, которая неподвластна даже смерти. Любви моих родных, которые ежеминутно оберегали и заботились обо мне. Любви моих друзей и людей, окружающих меня. Удивительное это чувство, Любовь! Однажды посетив душу человека, оно никогда не покидает его, если чувство это – настоящее. Оно всепобеждающее! Так застывшая душа моя, согретая любовью дорогих мне людей, стала постепенно оттаивать. Нашла смысл в том, что по вечерам и выходным изматывала себя работой на машинке, перепечатывая незавершенный роман Олега «Правила бегства», оставленный им на столе.
Выжила, также благодаря работе. Благодаря чуткому и терпеливому подходу Марии Ивановны Кирилловой - Руководителю с большой буквы, которая помогла мне фактически приобрести вторую профессию. А самое главное – заставила меня поверить в свои силы, что я смогу. И вот, гуманитарщик до «мозга костей», я стала работать в техотделе в бюро по аттестации продукции на Знак Качества. Нашим бюро было аттестовано на Знак Качества 14 видов продукции (в 13 из них я принимала непосредственное участие). Но, однажды, Мария Ивановна спросила меня: «Ну, как, тебе нравится эта работа?» Я ей искренне ответила: «Нет! Это не мое! Я привыкла работать головой, а здесь приходится работать ногами – «поезжай-согласуй-принеси-отнеси-подай-переделай». Таким образом, я проработала в техотделе до тех пор, пока опять не появилась на заводе необходимость в переводчике.
Но все же, технические знания, накопленные в процессе работы, как в качестве переводчика, так и в техотделе, оказались нелишними. В чем мне пришлось приятно убедиться, когда приезжала группа специалистов «Кодака», состоящая из 20-25 человек, для окончательного согласования проекта, а с ними переводчица из Москвы. Из-за многочисленности группы меня тоже направили в помощь к ней.
В первый же день мне пришлось переводить обстоятельный разговор директора завода фотобумаг с иностранными специалистами, касающийся детальных технологических вопросов, где требовались знания специальных терминов, как на русском, так и на английском языках. После переговоров в этот же день ко мне стали подходить кодаковцы с просьбой, чтобы завтра именно я переводила обсуждение их вопроса. А на следующий день ко мне выстроилась прямо-таки очередь из специалистов «Кодака», даже было неудобно перед столичной переводчицей. Пока не пришлось вмешаться самому руководителю и не упорядочить, кто с кем должен работать. Вот таким памятным эпизодом я была вознаграждена за свои усилия в приобретении знаний…
Не знаю, что меня удерживало на «Славиче» все эти годы? Романтическая привязанность, патриотизм? Этот вопрос сложный и найти ответ на него нелегко. Может быть, потому что, помимо работы осталась на «Славиче» и частичка моей души? И мне кажется, что если я уйду, то это будет каким-то предательством тех людей, а их много, поверьте, и здесь, в Переславле, и по всему миру, с кем строили новые цехи, устанавливая новейшее оборудование, учились вместе работать и жить, преодолевать трудности. И на вопрос: «Ну, как, ты все еще работаешь там же?» – Я могу спокойно ответить, ничего не объясняя: «Да, я по-прежнему на «Славиче». И пусть будет ему Слава, благодаря и моей работе!
Профессия настоящего переводчика – это профессия не из легких, требующая ежеминутного, многочасового умственного напряжения и кропотливой работы, а также полной отдачи душевных сил. И я думаю, она многими ещё недооценена. Но она и замечательная! Так как, когда сделаешь хороший перевод – ты счастлив тем, что тебе приоткрылась ещё одна сторона неизведанного из того необъятного океана, который представляет собой такое явление как – ЯЗЫК! Я люблю свою профессию, и она прекрасна тем, что никогда невозможно достичь вершины и сказать: «Всё! Дальше мне некуда идти».

И я уверена, судьба моя, как переводчика, состоялась, несмотря на то, что так и не пришлось побывать ни в одной из «заморских стран», как мечталось в юности. Были не те времена. Несмотря на то, что заработки мои были всегда невелики – почти самая нижайшая строчка в тарифной сетке. Но, тем не менее, я люблю свою профессию, ибо постоянно ощущаю востребованность моих знаний для пользы дела. Мне нравится помогать людям и делиться своими знаниями. Поэтому мне было интересно работать на «Славиче» без малого 40 лет. А это главное!
Низкий поклон всем людям, с кем доводилось работать и, которые немало помогли мне в самый трагический период моей жизни. Рассказываю я всё это только с одной целью - для поддержки молодых. Не нужно теряться в этой, ох, какой непростой, жизни. Верьте в себя, в свои знания, способности. Помогайте друг другу в беде. Поддерживайте слабых. Любите. И будете любимы.

Вот такая рабочая биография моей сестры. И, казалось бы, профессия переводчика не совсем по профилю химзавода, но всё же, в становлении и развитии «Славича» ее работа тоже сыграла свою немалую созидательную роль.
«Отдохнув» на пенсии, аж, три дня, как она шутит, Гринь С.А. и сегодня продолжает работать переводчиком теперь уже по договору на полставки в Торговом Доме «Славич».
Светлана очень добрая по натуре. В прошлом году у неё был Юбилей – 70 лет. Она решила отойти от «стандартов» и не праздновать пышно свой юбилей, а отметить скромно в кругу семьи, и в результате она смогла подарить на свой Юбилей… мне очень дорогой цветной телевизор, так как мой 20-летней давности «Рубин» уже давно превратился из цветного в черно-белый.
Как говорят «Краткость – сестра таланта», но о Светлане я не могу писать мало – настолько она многогранна в своей жизни.
Я могла бы ещё и ещё писать о своей родной сестре, но остановлюсь и поздравлю высококвалифицированного переводчика, каким ее считают на работе, великую труженицу, Светлану, с праздником переводчиков и пожелаю ей Здоровья, Добра и Бодрости для её неутомимого труда!

Людмила Чайко



Автор: Газета "Переславская неделя"
Поделитесь с друзьями:

Другие новости в рубрике «Общество»



Комментарии (ваш будет первым):

Оценка: 0 1 2 3 4 5

Новости по рубрикам


Новости по дате

Март
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1 2 3 4 5
6 7 8 9101112
13141516171819
20212223242526
2728293031




Наш адрес

г. Переславль-Залесский, ул. Трудовая, д. 1
тел.: +7 (48535) 98-313

Наши правила

По вопросам связанным с сайтом обращайтесь
по адресу:
При перепечатке материалов, ссылка на сайт
www.pereslavl.ru обязательна.
Магазин Ника (обои), Магазин Плитка (ламинат)

Информация

Наши кнопки

Яндекс цитирования
Rambler's Top100


2005-2014 © ООО «АйТи-Лаб»